Память — наша совесть Опять война, Опять блокада... А может, нам о них забыть? Я слышу иногда: «Не надо, Не надо раны бередить». Ведь это правда, что устали Мы от рассказов о войне И о блокаде пролистали Стихов достаточно вполне. И может показаться: Правы И убедительны слова. Но даже если это правда, Такая правда — Не права! Чтоб снова На земной планете Не повторилось той зимы, Нам нужно, Чтобы наши дети Об этом помнили, Как мы! Я не напрасно беспокоюсь, Чтоб не забылась та война: Ведь эта память — наша совесть. Она, Как сила, нам нужна... (Ю. Воронов) КУКЛА Много нынче в памяти потухло, а живет безделица, пустяк: девочкой потерянная кукла на железных скрещенных путях. Над платформой пар от паровозов низко плыл, в равнину уходя... Теплый дождь шушукался в березах, но никто не замечал дождя. Эшелоны шли тогда к востоку, молча шли, без света и воды, полные внезапной и жестокой, горькой человеческой беды. Девочка кричала и просила и рвалась из материнских рук, – показалась ей такой красивой и желанной эта кукла вдруг. Но никто не подал ей игрушки, и толпа, к посадке торопясь, куклу затоптала у теплушки в жидкую струящуюся грязь. Маленькая смерти не поверит, и разлуки не поймет она... Так хоть этой крохотной потерей дотянулась до нее война. Некуда от странной мысли деться: это не игрушка, не пустяк, – это, может быть, обломок детства на железных скрещенных путях. (Вероника Тушнова) Да что я знаю о войне… Да что я знаю о войне, да что я знаю о разлуке Когда степной горит ковыль, и пустоту хватают руки И мрамор туч, сколь хватит глаз, чеканит марш кусками неба Ты, не таясь, ответь, солдат, какой имеет вкус победа Скажи, что счастлив ты теперь и крепко спишь в своей постели Ты всё забыл, ты всех простил, пусть за окном ревут метели Тогда там был не ты, другой, сопляк наивный, что ребёнок И пил взахлёб горящий спирт за первый ранивший осколок Не ты смеялся среди гор, и не боялся Бога с чёртом Кричи, гитара, пой, струна, летайте пальцы по аккордам Не ты братался у огня и клялся в верности и чести И не тебя прикрыл не он, и не тебе хотелось мести Не твой товарищ умирал, беззвучно шевеля губами Не на твоих руках, не он, хотел домой вернуться к маме Не ты зубами рвал врага, свой долг с лихвою возвращая Не ты от горя после выл, победу, будто яд глотая Да что я знаю о войне, да что я знаю о разлуке В благословенной тишине забвенье поглощает звуки Домой вернулся ты, солдат, с посеребрённой головой И шёл по полю налегке, и друг, тот самый, шёл с тобой. (Кадетов Валентин) Неизвестный солдат Ярко звезды горят, И в кремлевском саду Неизвестный солдат Спит у всех на виду. Над гранитной плитой Вечный свет негасим. Вся страна сиротой Наклонилась над ним. Он не сдал автомат И пилотку свою. Неизвестный солдат Пал в жестоком бою. Неизвестный солдат – Чей-то сын или брат, Он с войны никогда Не вернется назад. Ярко звезды горят, И в кремлевском саду Неизвестный солдат Спит у всех на виду. Свет зажгли мы ему Под стеною Кремля, А могила ему – Вся земля, вся земля. (Ю. Коринец) Советский солдат Над вольным Дунаем, Над славным Днепром Душевные песни Слагают о нем. В нагорных лесах, На просторе равнин Его вспоминают И чех, и румын. ― Пылало село,― Вспоминает хорват,― Он кинулся в пламя, Советский солдат! Из хаты горящей, Из дыма-огня Он вынес, отважный, Мальчонку ― меня! Словачка сказала: ― И мне он помог ― Озябшей, голодной Дал хлеба кусок. Назвал по-отцовски Дочуркой своей. Шутя подмигнул мне: «Гляди веселей!» Вздохнула румынка: ― Был яростный бой, Меня от осколка Прикрыл он собой… Убит он, лежит Под холмом у села. Калина над ним Поднялась-расцвела. ― Нет,― молвил болгарин,― Он жив, не убит! Я видел его: Он в дозоре стоит. Стоит он в дозоре И зорок, и смел, Чтоб мир потревожить Никто не посмел! (С. Погореловский) Помни Помни, как гремели орудий раскаты, Как в огне умирали солдаты В сорок первом, Сорок пятом – Шли солдаты за правду на бой. Помни, как земля содрогалась и слепла, Как заря поднималась из пепла, Гром орудий Не забудем Мы с тобой. Помни: грозный смерч над землей в небе синем – Это черная смерть в Хиросиме, В Хиросиме, В небе синем – Черный пепел в сердцах навсегда. Помни, не забудь обожженные лица – Это может опять повториться. Не забудем Это, люди, Никогда. Помни, в нашей власти и грозы, и ветер, Мы за счастье и слезы в ответе, На планете Наши дети – Поколение юных живет... Помни, чтоб шумели весенние всходы, – Не забудь эти грозные годы! Путь наш труден, Встаньте, люди, Жизнь зовет! (А. Досталь) Неизвестный солдат Пролетели дни как полустанки, Где он, черный сорок первый год? Кони, атакующие танки, Над Москвой горящий небосвод? А снега белы, как маскхалаты, А снега багровы, как бинты, Падают безвестные солдаты Возле безымянной высоты. Вот уже и не дымится рана, Исчезает облачко у рта... Только может быть она не безымянна Крошечная эта высота? Не она ль бессмертием зовется?.. Новые настали времена, Глубоки забвения колодцы, Но не забывается война... Никуда от прошлого не деться, Вновь война стучится в души к нам, Обжигает, обжигает сердце Благородность с болью пополам. (Ю. Друнина) Куда б ни шёл, ни ехал ты... Куда б ни шёл, ни ехал ты, Но здесь остановись, Могиле этой дорогой Всем сердцем поклонись. Кто б ни был ты — рыбак, шахтёр, Учёный иль пастух, — Навек запомни: здесь лежит Твой самый лучший друг. И для тебя, и для меня Он сделал все, что мог: Себя в бою не пожалел, А Родину сберёг. (М. Исаковский) Поклон ветеранам ВОВ Сердце словно опалило – Седина в висках. Прошлое рекой уплыло, Но душа в слезах. В бой за Родину солдаты Шли за шагом шаг. Верили в Победу свято – Не сломил их враг. Стон стоял по всей России: Голод, пытки, страх. Смерть косой людей косила В сёлах, городах. Отступали в сорок первом С ужасом в груди: – Автоматы, танки, где вы? С чем же в бой идти? Погибали в мясорубке: Фрицы шли стеной… Но не знали немцы русских, Ждал их страшный бой. За берёзы и пригорки, За родимый дом. За Кавказ, Кубань и Волгу, За великий Дон. Всем солдатам воевавшим Низкий наш поклон... По солдатам, в битве павшим, – Колокольный звон... (Ю. Друнина) Память о сорок первом О, рассвет после ночи бессонной, И трава в оловянной росе, И шлагбаум, как нож, занесённый Над шершавою шеей шоссе!.. Мы шагаем – и головы клоним, И знобит нас, и тянет ко сну. В дачном поезде, в мирном вагоне Лейтенант нас привёз на войну. Нам исход этой битвы неведом, Неприятель всё рвётся вперёд. Мой товарищ не встретит Победу, Он за Родину завтра умрёт. ...Я старею, живу в настоящем, Я неспешно к закату иду, – Так зачем же мне снится всё чаще, Будто я – в сорок первом году? Будто снова я молод, как прежде, И друзья мои ходят в живых, И ещё не венки, а надежды Возлагает Отчизна на них... (В. Шефнер) На фотографии в газете... На фотографии в газете Нечетко изображены Бойцы, еще почти что дети, Герои мировой войны. Они снимались перед боем – В обнимку четверо у рва. И было небо голубое, Была зеленая трава. Никто не знает их фамилий, О них ни песен нет, ни книг. Здесь чей-то сын и чей-то милый, И чей-то первый ученик. Они легли на поле боя, Жить начинавшие едва, И было небо голубое, Была зеленая трава. Забыть тот горький год неблизкий Мы никогда бы не смогли, По всей России обелиски, Как души, рвутся из земли. ...Они прикрыли жизнь собою, Жить начинавшие едва, Чтоб было небо голубое, Была зеленая трава. (Р. Казакова) Неизвестному солдату Он умер от семьи своей вдали, И гибели его нам неизвестна дата... К могиле неизвестного солдата Известные солдаты подошли... Мы этот образ до сих пор храним – Истерзанный свинцом лежал парнишка, И не было при нем военной книжки – Она в бою погибла вместе с ним. Пусть мы его фамилии не знаем, – Он был – мы знаем – верным до конца. И мы в молчанье головы склоняем Перед бессмертным подвигом бойца. И дружба воинов неколебима свята, Она не умирает никогда! Мы по оружию родному брату Воздвигли памятник на долгие года! Соединим же верные сердца И скажем, как ни велика утрата, – Пусть нет фамилии у нашего бойца, – Есть звание российского солдата! (М. Светлов) Могила Неизвестного солдата Могила Неизвестного солдата! О, сколько их от Волги до Карпат! В дыму сражений вырытых когда-то Саперными лопатами солдат. Зеленый горький холмик у дороги, В котором навсегда погребены Мечты, надежды, думы и тревоги Безвестного защитника страны. Кто был в боях и знает край передний, Кто на войне товарища терял, Тот боль и ярость полностью познал, Когда копал "окоп" ему последний. За маршем – марш, за боем – новый бой! Когда же было строить обелиски?! Доска да карандашные огрызки, Ведь вот и все, что было под рукой! Последний "послужной листок" солдата: "Иван Фомин", и больше ничего. А чуть пониже две коротких даты Рождения и гибели его. Но две недели ливневых дождей, И остается только темно-серый Кусок промокшей, вздувшейся фанеры, И никакой фамилии на ней. За сотни верст сражаются ребята. А здесь, от речки в двадцати шагах, Зеленый холмик в полевых цветах – Могила Неизвестного солдата... Но Родина не забывает павшего! Как мать не забывает никогда Ни павшего, ни без вести пропавшего, Того, кто жив для матери всегда! Да, мужеству забвенья не бывает. Вот почему погибшего в бою Старшины на поверке выкликают Как воина, стоящего в строю! И потому в знак памяти сердечной По всей стране от Волги до Карпат В живых цветах и день и ночь горят Лучи родной звезды пятиконечной. Лучи летят торжественно и свято, Чтоб встретиться в пожатии немом, Над прахом Неизвестного солдата, Что спит в земле перед седым Кремлем! И от лучей багровое, как знамя, Весенним днем фанфарами звеня, Как символ славы возгорелось пламя – Святое пламя вечного огня! (Э. Асадов) У вечного огня Мне писать всегда об этом страшно: Жизнь прожив средь звонкой тишины, Посвящать слова свои прекрасным Людям, не вернувшимся с войны. Словно сердце павшего солдата, Бьётся пламя вечного огня. День Победы – горестная дата, Сгусток боли в сердце у меня. Преклоняя трепетно колени, Я кладу к подножию букет. Как огонь сожженных поселений, Запылал малиновый рассвет. И спешат седые ветераны Помянуть погибших в той войне, И войной оставленные раны Беспокоят, кажется, вдвойне. Оставляют капли дождевые Мокрый след на каменных щеках, Памятники, будто бы живые, Держат мир спасённый на руках. Я хочу, чтоб люди вспоминали, Завоёван он какой ценой, Чтобы дети, внуки мои знали О войне по книгам и кино. (Г. Шеховцов ) Послевоенная песня Задохнулись канонады, В мире тишина, На большой земле однажды Кончилась война. Будем жить, встречать рассветы, Верить и любить. Только не забыть бы это, Не забыть бы это, Лишь бы не забыть! Как всходило солнце в гари И кружилась мгла, А в реке меж берегами Кровь-вода текла. Были черными березы, Долгими года. Были выплаканы слезы, Выплаканы слезы, Жаль, не навсегда. Задохнулись канонады, В мире тишина, На большой земле однажды Кончилась война. Будем жить, встречать рассветы, Верить и любить. Только не забыть бы это, Не забыть бы это, Лишь бы не забыть! (Р. Рождественский) Нас двадцать миллионов От неизвестных и до знаменитых, Сразить которых годы не вольны, Нас двадцать миллионов незабытых, Убитых, не вернувшихся с войны. Нет, не исчезли мы в кромешном дыме, Где путь, как на вершину, был не прям. Еще мы женам снимся молодыми, И мальчиками снимся матерям. А в День Победы сходим с пьедесталов, И в окнах свет покуда не погас, Мы все от рядовых до генералов Находимся незримо среди вас. Есть у войны печальный день начальный, А в этот день вы радостью пьяны. Бьет колокол над нами поминальный, И гул венчальный льется с вышины. Мы не забылись вековыми снами, И всякий раз у Вечного огня Вам долг велит советоваться с нами, Как бы в раздумье головы клоня. И пусть не покидает вас забота Знать волю не вернувшихся с войны, И перед награждением кого-то И перед осуждением вины. Все то, что мы в окопах защищали Иль возвращали, кинувшись в прорыв, Беречь и защищать вам завещали, Единственные жизни положив. Как на медалях, после нас отлитых, Мы все перед Отечеством равны Нас двадцать миллионов незабытых, Убитых, не вернувшихся с войны. Где в облаках зияет шрам наскальный, В любом часу от солнца до луны Бьет колокол над нами поминальный И гул венчальный льется с вышины. И хоть списали нас военкоматы, Но недругу придется взять в расчет, Что в бой пойдут и мертвые солдаты, Когда живых тревога призовет. Будь отвратима, адова година. Но мы готовы на передовой, Воскреснув, вновь погибнуть до едина, Чтоб не погиб там ни один живой. И вы должны, о многом беспокоясь, Пред злом ни шагу не подавшись вспять, На нашу незапятнанную совесть Достойное равнение держать. Живите долго, праведно живите, Стремясь весь мир к собратству сопричесть, И никакой из наций не хулите, Храня в зените собственную честь. Каких имен нет на могильных плитах! Их всех племен оставили сыны. Нас двадцать миллионов незабытых, Убитых, не вернувшихся с войны. Падучих звезд мерцает зов сигнальный, А ветки ив плакучих склонены. Бьет колокол над нами поминальный, И гул венчальный льется с вышины. (Р. Гамзатов, перевод Я. Козловского) Завещание Приподнимаясь над постелью, В предсмертный час Для сына диктовал: «Передаю тебе родную землю, Которую я вновь отвоевал. Чтоб не посмел Никто ее обидеть, Ты, продолжая славный путь отца, Расти большим, Чтоб всю ее увидеть, Понять ее душою до конца. Пиши, сестра, пиши… Наш край метельный, Где ты родился, – Так и напиши, – Умей любить Любовью беспредельной, Умей любить Всей нежностью души. Смотри, мой сын, По капле не разлейся, Но, жизнь, и труд, И славу полюбя, Ты мужеству учись И не надейся, Что кто-то будет думать за тебя. Настанет время, И дорогой вешней По волнованью луговой травы Ты в жизнь пойдешь, Не выходи без песни, Не опускай веселой головы. Она подарком не дается свыше, Умея жить и все одолевать, Я сделал все, Чтоб ты ее услышал, Узнал ее и смог завоевать. Чтоб в трудный час Любого испытанья Ты верности в груди не погасил… Писал в минуту ясного сознанья И в полноте моих душевных сил». (В. Федоров) Служу Советскому Союзу! Победой кончилась война. Те годы позади. Горят медали, ордена У многих на груди. Кто носит орден боевой За подвиги в бою, А кто за подвиг трудовой В своем родном краю. * * * Орлов Георгий – офицер Воздушного полка, В бою показывал пример Бойца-большевика. Открыл он свой гвардейский счет На берегах Десны, А сбил двадцатый самолет В последний день войны. * * * Орлова брат – Орлов Степан На танке воевал И видел много разных стран – Где только не бывал! Четыре "тигра", пять "пантер" Подбил из пушки он. Бесстрашный русский офицер За это награжден. * * * Балтиец Николай Орлов, По счету третий брат, Был голову сложить готов За город Ленинград. Не раз в атаку он водил, Победу с боем брал, Его за храбрость наградил Любимый адмирал. * * * Орлов Никита по три дня Свой цех не оставлял. "Моей стране нужна броня! – Он людям заявлял. – Пусть я живу в тылу сейчас, От фронта в стороне, - Мне, как солдату, дан приказ, Я тоже на войне!" * * * Идет в атаку батальон, Бойцы кричат: "Ура!" Ползет вперед, услышав стон, Военная сестра. Орлова Зоя! Будь горда – Твой подвиг не забыт, И орден "Красная Звезда" Об этом говорит. * * * Багровым заревом объят Широкий горизонт. Пришел состав, привез солдат На Белорусский фронт. Кто под бомбежкой паровоз, Рискуя жизнью, вел? Орловой Вере этот пост Доверил комсомол. * * * Сергей Орлов в Берлин входил. И среди прочих слов Он на рейхстаге начертил: "Здесь был Сергей Орлов!" О славном, боевом пути Расскажет вам сапер. Солдатский орден на груди Он носит до сих пор. * * * Огнем немецких батарей Накрыта высота, Но не ушел Орлов Андрей Со своего поста. В бою не дрогнул коммунист, Не бросил телефон. И за отвагу был связист Медалью награжден. * * * Орловой Клаве двадцать лет, И ей не зря почет: Что трактористки лучше нет, Вокруг молва идет. Она – ударница полей, И знают на селе, Что лично сам Калинин ей Вручал медаль в Кремле. * * * Орлов Павлуша – младший брат, Как школьник, в те года Не удостоен был наград, Но это не беда! И он, как маленький боец, Был с нами в грозный час – Он встал к станку, он взял резец И – выполнил заказ. * * * А этот орден носит мать. – Спасибо! – скажем ей. Она сумела воспитать Десятерых детей. Она сумела заложить В их души, в их сердца Порыв Отечеству служить, Быть стойким до конца, Пощады от врага не ждать, Не отступать в бою И, если нужно, жизнь отдать За Родину свою! (С. Михалков) Братские могилы На братских могилах не ставят крестов, И вдовы на них не рыдают. К ним кто-то приносит букетик цветов И Вечный огонь зажигает. Здесь раньше вставала земля на дыбы, А нынче гранитные плиты. Здесь нет ни одной персональной судьбы – Все судьбы в единую слиты. А в Вечном огне видишь вспыхнувший танк, Горящие русские хаты, Горящий Смоленск и горящий рейхстаг, Горящее сердце солдата. У братских могил нет заплаканных вдов – Сюда ходят люди покрепче. На братских могилах не ставят крестов, Но разве от этого легче? (В. Высоцкий) Пока память жива! Отгремели давно залпы наших орудий, А в воронке от бомбы трава-мурава... Но войну не забыли суровые люди И смеются сквозь слезы, Ведь память жива! Они помнят походы и дальние страны, И простые, от сердца, народа слова. Помнят лица друзей, уходивших так рано. Их слова и улыбки – Ведь память жива! Они помнят весну 45-го года... Закружилась от счастья тогда голова! Не узнали её те, что гибли в походах, Но всё помнят друзья их, Ведь память жива! Эта память с корнями уходит всё глубже, И шумит на ветвях, зеленея, листва... Её времени бег никогда не заглушит! Ведь душа молода, Пока память жива! (З. Чеботарева) В Трептов-парке… В Трептов-парке белые березы, Словно вдовы русские, стоят И роняют слезы, А не росы На могилы братские солдат. О березы! Вас печаль России, Вдовья неизбывная тоска Сквозь ненастья, горем залитые, Привела сюда издалека. Привела, Поставила навеки У ступеней скорбной тишины. С той поры вы, не смежая веки, Навеваете солдатам сны. Снятся им рязанские раздолья, Астраханских плавней камыши И бодрящий сердце нам до боли Бой курантов в утренней тиши. О березы, Белые березы! Часть России, Часть моей души! Солнце не потушит ваши слезы, Ветерок в листве не прошуршит… Тяжелы шлифованные плиты И суровы, как возмездья сталь. Сын России с красного гранита Через вас глядит в родную даль. Видит он Россию до Вилюйска, Слышит он свою родную речь… Тишина. И слышно, Как до хруста Он сжимает обнаженный меч! (Н. Агеев) Год 41-ый – год 45-ый... И в сорок первом, И в сорок пятом Война мальчишек Брала в солдаты, Ломала судьбы, Они так хрупки, Людей крошила, Как в мясорубке. Творила беды Война-злодейка, Там пуля-дура, А жизнь-копейка. Не каждый воин Победу встретил. Им так хотелось Пожить на свете. Остались лица На жёлтых фото, Читает память Их письма с фронта. Большому горю Какая мера, Год сорок пятый – Год сорок первый? (К. Вуколов) Алёшенька Постарела мать за тридцать лет, А вестей от сына нет и нет. Но она всё продолжает ждать, Потому что верит, потому что мать. И на что надеется она? Много лет как кончилась война, Много лет как все пришли назад, Кроме мёртвых, что в земле лежат. Сколько их в то дальнее село Мальчиков безусых не пришло... Раз в село прислали по весне Фильм документальный о войне. Все пришли в кино: и стар, и мал, Кто познал войну и кто не знал. Перед горькой памятью людской Разливалась ненависть рекой. Трудно это было вспоминать... Вдруг с экрана сын взглянул на мать. Мать узнала сына в тот же миг, И пронесся материнский крик: «Алексей, Алешенька, сынок!», Словно сын её услышать мог. Он рванулся из траншеи в бой. Встала мать прикрыть его собой, Все боялась, вдруг он упадёт, Но сквозь годы мчался сын вперёд. «Алексей!» – кричали земляки, «Алексей!» – просили, – «Добеги!» ...Кадр сменился. Сын остался жить. Просит мать о сыне повторить. И опять в атаку он бежит, Жив-здоров, не ранен, не убит. «Алексей, Алешенька, сынок», Словно сын её услышать мог... Дома всё ей чудилось кино, Все ждала – вот-вот сейчас в окно Посреди тревожной тишины Постучится сын её с войны. (А. Дементьев) Мать Часто встретишь её при дороге, Где клубится, вздымается пыль. Не подкошенной болью, тревогой Ветер гнёт перед нею ковыль. Сына мать ожидает как прежде. Пусть закончился ужас войны. Нет! Не сломлена в сердце надежда. «Он вернётся!» – твердит: «Только жди!» Взор её устремлён к горизонту, В нём растаял родной силуэт. Пожелтела от лет похоронка, Только памяти давности нет. Образ сына пред ней в гимнастёрке, Голубые, как небо, глаза. С вещмешком да шинелью потёртой, Так его провожала она. Смертью храбрых он пал под Берлином, В свой последний решительный бой, Чтобы мир был свободным, счастливым, Неизвестный солдат и герой. Не лежать на могиле букетам, Не склониться пред ним до земли. Это место известно лишь ветрам, Да кричат на лету журавли. Если встретишь её при дороге, Где клубится, вздымается пыль, Не подкошенной болью, тревогой Поклонись ей, как гнётся ковыль. (В. Нечунаев) Солдаты помнят вкус войны Солдаты помнят вкус дорог, Глотая копоть, гарь и пыль. Следы усталые сапог, Войны писали злую быль. Солдаты помнят тишину, И хриплый командирский мат, И взгляд, пронзивший вышину, Когда упал на снег комбат. Солдаты помнят вкус земли, Она скрипела на зубах, Ее терзали, рвали, жгли, В неё вжимали боль и страх. Она вставала на дыбы И принимала грудью сталь. Окопы – братские гробы И пепел – траурная шаль. Солдаты помнят вкус войны – Соленый, горький фронтовой. Кто выжил, тем остались сны, Везут солдаты их домой. Солдаты помнят все бои, А ночью плачут и кричат. Им снятся мертвые СВОИ, Они приходят и молчат. Солдаты плачут по ночам, Во сне, сжимая автомат. Их водят жены по врачам, А им всё снится их комбат. (Юличъ) Слава ветеранам Сколько лет уж прошло, с той поры, Как горела земля под ногами, Многих нет ветеранов войны, Но, мы помним о них, они с нами. И, листая альбомы в семье, Вдруг заметит нечаянно кто-то, Притаилась война в уголке, В пожелтевшем от времени фото. С фотографий с улыбкой глядят, Те, кто жизни своей не щадил, В тех далёких жестоких боях, От фашистов страну защитил. Не померкнет их слава в сердцах. Укрепляется память с годами, У народа жить будет в веках, Тот, кто бился жестоко с врагами. (Берегинюшка) Пусть люди этот День не позабудут! Четыре года страшных испытаний... Потери, жертвы, искалеченные судьбы... Война... и тысячи людских страданий!.. ИМЁН ГЕРОЕВ – НИКОГДА НЕ ПОЗАБУДЕМ!!! Пусть мирных дней отсчёт ведёт Отчизна! Людьми пусть правят только МИР и ДОБРОТА! Пусть будет ДЕНЬ ПОБЕДЫ над фашизмом – ПОБЕДОЙ МИРА на Планете НАВСЕГДА!.. Пусть люди этот День не позабудут! Пусть Память свято сохранит те имена, Которые приблизили ПОБЕДУ – Своими жизнями, перечеркнув, "война"… Четыре года испытаний страшных!.. МИР ПАВШИМ!.. – Ушедшим... Не вернувшимся домой!.. ПОКЛОН ТЫЛОВИКАМ!.. – на смену вставшим!.. Всем, кто ПОБЕДУ ОДЕРЖАЛ, – ПОКЛОН ЗЕМНОЙ!!! (О. Климчук) Ветераны Немного осталось из тех, кто в боях Прошли до Берлина полсвета – В мороз и пургу, через горе и страх. Пусть вспомнят живые про это. Так было: внезапно настала война, Пришли небывалые беды. И всё, что могла, отдавала страна Для фронта, для славной победы. И каждую пядь нашей русской земли Омыли мы кровью и потом. Но правду враги здесь сломить не смогли, Не справились с гордым народом. Все дальше и дальше, на Запад – вперед Идут и идут батальоны. Нас Родина наша к победе зовет: "Огонь, – не жалея патроны!" Но вот и Рейхстаг, день фашистский померк И фрицы кричат: "Рус, сдаемся!" Мы эту войну будем помнить вовек. Клянемся... Клянемся... Клянемся! Нельзя про такое забыть никогда. Что может быть лучше на свете, Чем мирное небо, в огнях города И наши прекрасные дети? …………………………………… Солдат, вспоминая свой путь до конца, Заплачет скупыми слезами. А павшие живы все в наших сердцах, – Безмолвно стоят рядом с нами. (В. Снегирев) Георгиевская лента Георгиевская лента – и порох, и огонь, И горечь слёз, и радость от победы. Не просто гордый символ, а шёлковый погон, За добрый мир, что нам добыли деды. Георгиевская лента – как выживший цветок, Что видел злом загубленное детство, Сожжённые селенья, руин смертельный смог... Не просто символ – памяти наследство. Георгиевская лента – двухцвет простых полос – На фронтовых дорогах кровь и пламя, И жизней эшелоны, ушедших под откос... И злом исполосОванное знамя. Георгиевская лента – и порох, и огонь – И скорбь души, и солнце жизни новой. Узор двухцветных линий – истории ладонь, Судьбы орнамент... Памятное слово. (Н. Самоний) Почему берёзы в крапинку? Почему берёзы в крапинку? То морщины, Судеб искалеченных печать. Почему берёзы в крапинку? След кручины: Память горя счастьем не унять. Почему берёзы в крапинку? Это слёзы. Ведь деревья помнят боль войны. Почему берёзы в крапинку? То занозы, То осколки битой тишины. Почему берёзы в крапинку? То седины Всех скорбящих жён и матерей. Почему берёзы в крапинку? Есть причины: Чтоб напомнить множество смертей. Почему берёзы в крапинку? Это шрамы, Как земная память о войне: То Всевышним высеченные Криптограммы... Чтоб ценили люди мир двойне! (Н. Самоний) ЛИТЕРAТУРНAЯ